Сегодня прочитал статью на сайте Slon.Ru «Познер и ОМОН против Конституции» о высказываниях телеведущего Первого канала Владимира Познера по поводу состоявшейся в минувшее воскресенье 31 января очередной акции «несогласных» в защиту 31-й статьи Конституции РФ, гарантирующей каждому право на свободу собраний.
Автор статьи Сергей Ежов, являющийся одним из лидеров оппозиционной «Другой России», недоумевает, что, по мнению Познера, власти не нарушали Конституцию, отказав оппозиции в проведении митинга на Триумфальной площади. В своей программе известный телеведущий заявил, что раз организаторам было предложено несколько альтернативных вариантов места проведения акции, то, не согласившись с предложением власти, сами «несогласные» нарушили Конституцию. Познер аргументировал это тем, что в пресловутой 31-й статье Конституции не говорится о том, что граждане имеют право собираться на публичные мероприятия «где и когда угодно».
В своей статье Сергей Ежов задается вопросом: «Интересно, а если в следующий раз власть предложит провести митинг в Битцевском парке в восемь часов утра, Познер будет так же утверждать, что несогласные с этим предложением сами нарушают закон?»
Хочу сразу подчеркнуть, что я полностью разделяю цели и идеи проводимых 31 числа каждого месяца, где такое число присутствует, публичных мероприятий оппозиции, но в данном случае вынужден отчасти согласиться с г-ном Познером, а не с г-ном Ежовым. Исключительно с юридической точки зрения.
Насколько мне известно, запретив очередной митинг на Триумфальной площади, московские власти предложили защитникам 31-й статьи Конституции альтернативы выйти среди бела дня на набережную Тараса Шевченко или на Болотную площадь, а не в Битцевский парк на рассвете. Эти предложения были организаторами отвергнуты, и они решили идти туда, где уже многократно пытались провести свое мероприятие и многократно подвергались задержаниям.
Познер прав, что 31-я статья Конституции не гарантирует право собираться на публичные мероприятия «где и когда угодно», она лишь гарантирует это право всем без исключения, а порядок реализации данного права определяется федеральным законодательством. Согласно Федеральному закону «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», в случае невозможности по тем или иным причинам проведения публичного мероприятия в заявленном месте или в заявленное время власти обязаны предложить организаторам альтернативное место и/или время проведения мероприятия.
В данном случае такие предложения «несогласным» были московскими властями сделаны в соответствии с требованиями закона. Так что формально власти закон не нарушили. Нам, кстати, как организаторам различных публичных мероприятий в защиту прав геев, лесбиянок, бисексуалов и трансгендерных людей за последние пять лет московские власти никогда не предлагали альтернативных мест проведения наших мероприятия, просто запрещая их на корню в нарушение все той же пресловутой 31-й статьи Конституции, защищать которую выходят оппозиционеры.
Тем не менее, вернемся к альтернативам по поводу 31 января. Если организаторы этого публичного мероприятия пойдут судебным путем, а в российском «таганском» (читай, «басманном») правосудии они наверняка проиграют, у меня возникают большие сомнения относительно перспектив подобного дела в Европейском Суде по правам человека.
Перед Страсбургским Судом встанет, по сути, только один вопрос. Позволяли ли предложенные организаторам митинга московскими властями альтернативы для проведения их акции в полной мере реализовать свое право на свободу собраний в демократическом обществе в соответствии с требованиями статьи 11 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. С моей точки зрения, Суд пришел бы к выводу, что альтернатива проведения митинга на Болотной площади в центре Москвы вполне позволяла бы участникам мероприятия реализовать свое право, гарантированное статьей 31 Конституции РФ и статьей 11 Европейской конвенции. При этом вариант утренника в пустынном Битцевском парке, о котором упоминает Сергей Ежов, наверняка бы не удовлетворил европейских судей.
Если Европейский Суд придет к такому выводу, что весьма вероятно, то организаторам будет отказано в удовлетворении жалобы против России.
Тем не менее, если посмотреть на эту проблему проведения «несогласными» митингов на Триумфальной площади с точки зрения множественности попыток и множественности отказов на протяжении нескольких месяцев со ссылкой на то, что там проводятся какие-то другие мероприятия, то ситуация может выглядеть несколько иначе.
Познер был однозначно прав относительно конкретного мероприятия 31 января и его высказывания ограничились, по сути, именно этим вырванным из контекста мероприятием в рамках широкой, направленной на многие месяцы кампании заставить московские власти уважать право на свободу публичных собраний.
Перспективы у этого судебного дела в Страсбурге будут только при соблюдении, по меньшей мере, трех условий. Во-первых, организаторам предстоит доказать, что Триумфальная площадь, как единственное место проведения их акции, настолько сильно связана с целями мероприятия, что перенести его в другое место, даже в центре города, не представляется возможным. Во-вторых, организаторам предстоит доказать, что на Триумфальной площади проводятся другие не связанные с государственными праздниками публичные мероприятия. В-третьих, организаторам предстоит показать, что всякий раз, когда они пытаются провести на Триумфальной площади свое мероприятие, власти санкционируют на ней какое-то другое мероприятие, причем желательно, чтобы были доказательства того, что согласованные мероприятия на самом деле регулярно ограничиваются лишь уведомлениями, но в реальности не проводятся.
Лично мне бы очень хотелось, чтобы организаторы митингов в защиту 31-й статьи Конституции – важнейшей составляющей фундамента свободного демократического общества – оспорили все запреты в судах и довели дело до Страсбурга. Но в данном случае поставить российские власти в затруднительное с юридической точки зрения положение может только комплексный подход ко всей кампании в виде серии публичных акций в защиту конституционного права на свободу собраний, а не единичное обжалование незаконности отказа в согласовании отдельных публичных мероприятий.
Николай Алексеев, GayRussia.Ru
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
Организатор Московского гей-прайда Николай Алексеев заявил в понедельник 8 февраля, что первый гей-прайд в Санкт-Петербурге состоится в июне этого года.
В минувшую субботу 6 февраля в Минске состоялось заседание Оргкомитета Славянского гей-прайда, участники которого окончательно утвердили 15 мая этого года в качестве даты проведения публичной акции в поддержку толерантного отношения и соблюдения прав и свобод лиц гомосексуальной ориентации в Беларуси и России. Прайд будет приурочен к очередному Международному дню противостояния гомофобии и трансфобии, который отмечается в мире 17 мая.
